Physical Address
304 North Cardinal St.
Dorchester Center, MA 02124
Physical Address
304 North Cardinal St.
Dorchester Center, MA 02124
Итак, вторая моя статья о китайском рынке будет посвящена тому влияет ли правительство Китая на рынок через государственные и муниципальные предприятия и какова мера этого влияния? Другими словами, могут ли государственные предприятия в Китае оказывать критическое влияние на функционирование рынка? В такой степени, что свобода его становится пренебрежительно малой. Потому что если так, то… в Китае свободного рынка нет! Оговорюсь с самого начала, что даже полное отсутствие государственных и муниципальных предприятий не гарантирует полноценное функционирование свободного рынка. Правительства и муниципалитете могут использовать другие меры воздействия на рынок, кроме создания своих собственных предприятий для того чтобы на рынок воздействовать. И эти меры, кстати, значительно проще. Например, государственные заказы, субсидии, налоговые льготы и проч. Но мы пока поговорим о т.н. государственном секторе в производстве, торговле и сервисе, который в Китае довольно значителен.
Прежде чем мы перейдём к обзору и анализу влияния китайских государственных предприятий на функционирование китайского рынка, посмотрим как обстоят с этим дела в развитых капиталистических странах.
Как это ни удивительно, но государственные предприятия не только встречаются и в развитых капиталистических странах, но даже входят в индекс 500 крупнейших предприятий мира Fortune Global 500 (FG500). Ниже приведена таблица в которой указаны по большей части довольно известные предприятия трёх европейских стран, входящие в индекс Fortune 500, но кроме них, и в этих и в других развитых экономиках существуют десятки государственных предприятий в области транспорта и путей сообщения, связи, добычи и переработки полезных ископаемых, производства и транспортировки энергии и, конечно, в области производства и торговли вооружениями, а также в страховании и банковском деле. Так что Китай – не какая-то особенная страна в этом плане. Прошу заметить, что ниже перечислены не просто предприятия, а промышленные гиганты международного значения, оборачивающих за год десятки и даже сотни миллиардов долларов, а значит существенно влияющие как на экономику своей страны, так и на мировой рынок. В то же время, как вы видите в таблице (Таб 1) эти предприятия находятся в полном или частичнов владении правительства или правительственных организаций, а значит на управление ими могут оказывать влияние не только коммерческие, но и идеологические или политические мотивы, что, конечно, не способствует нормальному функционированию свободного рынка и влечёт за собой отрицательные последствия как для самих корпораций, так и для экономики и благосостояния населения в целом. Возьму на себя смелость утверждать, что такое произошло с введением экономических санкций против РФ в связи с началом войны в Украине. Отразились же эти санкции не в малой степени на экономике и благосостоянии жителей Европы.
| Название | Деятельность | Страна | % правительства |
| OMV Group | Нефть, газ | Австрия | 33% |
| EDF | электричество | Франция | 100% |
| Renault(Рено) | автопром | Франция | 15% |
| Orange | Мобильная связь | Франция | 13.4% |
| SNCF Group | Жел. дороги | Франция | 100% |
| La Poste | Почта, моб.связь | Франция | 34% |
| Air-France-KLM | авиаперевозки | Франция | 28.6% |
| Volkswagen Gr. | автопром | Германия | 12.7% |
| Deutsche Telekom* | Услуги связи и др. | Германия | 31.9%* |
| Uniper | энергия | Германия | 100% |
| Deutsche Bahn | Жел. дороги | Германия | 100% |
*Через KfW Bank 100% гос.собственность.
Независимо от характера оценки и её знака (плюс/минус) все авторы экономических исследований и публикаций отмечают, что доля госпредприятий в рынке Китая не просто значительна, но и беспрецедентна (после распада СССР). В своей статье в журнале “China & World Economy” (2023) Mingyue Fang и Rui Ruan отмечают, что доля SOE в ВВП (GDP) Китая в 2020 году составляла около 30%, а инвестиции в них составили 36.87% от всех инвестиций в индустрию на конец 2017 года (Fang & Ruan, 2023). Lin с коллегами (2019) в своём обзоре о 40 годах развития госпредприятий КНР, отмечает, что китайские SOE в наши дни играют важную роль не только в Китае, но и во всей мировой экономике. На 2017 год 102 из 500 самых крупных предприятий мира, входящих в индекс Fortune Global 500 (FG500) были государственными предприятиями и суммарный годовой оборот этих предприятий составил 6.1 триллиона долларов или 22% от суммарного оборота всех предприятий входящих в индекс FG500. 75 из этих 102 предприятий были китайские! Но кроме этих 75 гигантов в Китае работают ещё более 150 тысяч SOE (Lin, K.J., Lu, X., Zhang, J. & Zheng, Y. 2020).
О количестве мы уже кое-что знаем, хотя дальше будут ещё цифры. Но в некоторых случаях количественные показатели не достаточны для того, чтобы сделать правильные выводы. Более того, их можно интерпретировать в пользу прямо противоположных мнений. В таких случаях уточняющие данные о качественных характеристиках могут внести ясность в вопрос.
Сразу хочу заметить, что когда речь заходит о государственных предприятиях, мы, выходцы из бывшего СССР, сразу себе представляем советское производство. План, спускаемый из министерства; топ-менеджмент, назначенный министерством; деньги на производство, выделяемые министерством; ассортимент, утверждённый министерством; всё приходит из министерства и там же исчезает. Грубая, но, вобщем, отражающая реальность, модель. Были незначительные вариации и только.
Китайские госпредприятия почти (или вообще?) ничего общего с этой моделью не имеют. Они и госпредприятиями-то не называются. Их правильное название сегодня: Предприятия в собственности центральной или местной властей” на английском State Owned Enterprises. На первый взгляд, ничего особенно отличного от “госпредприятия”, но если вы прочитаете об истории экономических реформ, превративших Китайскую Народную Республику в крупнейшую в мире экономическую державу (по производству, не по ВВП), то поймёте, что разница существенная! Прежде китайские госпредприятия назывались “предприятия, управляемые государством”, то есть и абсолютная собственность и управление предприятием находились в одних руках – у государства. В ходе экономических реформ, проведенных Коммунистической партией Китая под руководством Дэн Сяопина, управляемые государством предприятия последовательно были избавлены сначала от планов производства, спускаемых “сверху”, потом от необходимости отдавать всю, а потом лишь часть выручки министерству, далее были преобразованы в акционерные общества, акции которых торговались на двух созданных в 1990 г Фондовах биржах в Шанхае и Шэньчжэне, а на следующем этапе ЦК КПК решил, что и совет директоров надо нанимать из независимых лиц, а не назначать госчиновников. Безусловно, в совете директоров сидит представитель Комиссии по наблюдению и администрированию государственной собственности (State-owned Assets Supervision and Administration Commission – SASAC) и, более того, иногда он является держателем “золотой акции”, позволяющей ему при участии государства даже в размере 1% от капитала блокировать любое решение Совета директоров. Однако, надо понимать, что его функция не мешать производству, а помогать предприятию получать прибыль и развиваться. Таким образом, государство имеет довольно ограниченный спектр инструментов прямого управления “предприятиями в собственности центральных или местных властей (Lin, K.J., Lu, X., Zhang, J. & Zheng, Y. 2020).
Тем ни менее, в 2015 году был опубликован базовый документ о реформе SOE, в соответствии с решениями 18-го съезда КПК (2012), в соответствии с которым (кроме всех прочих фундаментальных принципов) в своих уставах SOE должны были указывать ведущую роль Компартии Китая, а советы директоров обязаны выслушивать мнение партийного комитета предприятия, прежде чем принимать важные решения.
С другой стороны, мы можем на практике судить сколь велико влияние властей на деятельность госпредприятий (SOE) если рассмотрим источники их финансирования. Государственные предприятия (далее SOE) имеют право мобилизовать финансовые ресурсы как из обычных рыночных источников, как фондовые биржи и банковские кредиты, так и из бюджета государства, однако, то, что по итогам 2017 года доля бюджетных денег в мобилизованных SOE ресурсах составляла лишь 6% говорит о многом (Lin, K.J., Lu, X., Zhang, J. & Zheng, Y. 2020). Тут необходимо отметить, что показатель этот усреднённый, а структура сектора предприятий в государственной и муниципальной собственности – весьма не однородна. Так, в соответствии с тем же документом (‘‘Guiding Opinions on Deepening the Reform of State-owned Enterprises”) или как кратко его называют “1+N”, введена базовая классификация SOE, по которой они разделены сначала на 2 главные группы: коммерческие SOE и SOE общественных сервисов. Коммерческие же SOE тоже разделены на SOE абсолютного конкурентного типа (то есть оперирующие на на рынке только по законам свободного рынка и SOE стратегического назначения. Из этого понятно, что доля бюджетных денег в мобилизованных ими капиталах далеко не одинакова. Однако, как вы уже видели в начале статьи, даже в развитых странах, таких как лидеры европейской экономики, например, в ряд т.н. стратегических для безопасности страны отраслей, госпредприятия не только присутствуют, но и находятся практически вне конкуренции. Так что то, что деньги госбюджета Китая перетекают в SOE в таких относительно скромных количествах, говорит в пользу эффективности функционирования свободного рынка. Тем более, что как оказывается, китайские SOE активно мобилизуют инвестиции как раз на фондовых биржах. В 2017 году SOE составляли 52% капитализации Шанхайской и Шэньчжэньской фондовых бирж, а всего на этих биржах торговались акции 1047 SOE. Другим источником инвестиций в SOE являются корпоративные бонды, которые не только широко распространены в Китае, но и торгуются на иностранных рынках ценных бумаг. Надо сказать, что корпоративные бонды китайских SOE даже считаются более надёжными капиталовложениями, чем бонды полностью частных предприятий, согласно биржевым рейтингам.
Не смотря на то, что процент бюджетных денег в потоке инвестиций китайских SOE очень мал, всё же центральные и местные власти контролируют значительную часть их акций. На 2017 год они владели 40.1% акций SOE Китая. Опять же, надо понимать, что для предприятий, находящихся в группе коммерческих стратегических (военные производства и др.) этот процент значительно выше и приближается к 100%. В других же процент участия властей может быть совсем низким.
Так выглядят 10 самых крупных китайских предприятий, находящихся в полной или частичной государственной собственности. Не смотря на то, что все они полностью контролируются государством, все они также действуют на международном рынке и не только в развивающихся странах, но и во вполне развитых. Например, туннели под горой Кармель в Хайфе строила как раз дочерняя фирма China State Construction Engineering Corporation Ltd. То есть, качество их работы на достаточно высоком уровне и соответствует международным стандартам.
В заключении этого раздела хочу обратить внимание читателей, что практически все SOE в Fortune Global 500 2024 оперируют в строительстве, добыче и переработке минералов, коммуникации, транспорта, банковских и финансовых услугах. Несомненно, это оказывает влияние на китайский рынок, но у многих из них всё же есть конкуренты. Таблица из статьи Gang, F. & Hope, N.C. о роли китайских SOE в китайской экономике (The Role of State-Owned Enterprises in the Chinese Economy) на сайте https://www.chinausfocus.com/ показывает распределение SOE по отраслям и вы можете убедится, что ни в одной графе нет цифры 100%.
Таблица No2

Авторы статьи вполне солидные исследователи, да и статистику обычно редко фальсифицируют. Таким образом, “Предприятия в собственности центральных и местных властей” (SOE) несомненно более распространены в КНР чем в тех развитых странах по отношению к которым у нас не возникает сомнений есть ли у них свободный рынок, однако, и организация этих предприятий, и торговля их продукцией и акциями происходит всё же как в развитых капиталистических странах.
Было бы не правильным не отметить, что, конечно, же SOE имеют массу недостатков. На тему их недостаточной эффективности (а порой и убыточности) наисаны сотни, а может и тысячи научных статей и проведено не меньше исследований. И раздутый штат, и необоснованные привелегии и зарплаты топ-менеджмента, и некоммерческие решения под давлением властей – это всё неотемлемые пороки, сопровождающие их существование (как, впрочем, и в других, даже развитых странах). Однако, эта статья не о недостатках SOE, а о том, являются ли они препятствиям функционированию свободного рынка в Китае, и потому я о них, недостатках, распространятся здесь не буду. Да и не ставила перед ними КПК только коммерческие задачи. SOE Китая имеют стратегическое значение и для безопасности страны, и для смягчения экономических кризисов, и для поддержания уровня общественного благосостояния. Такие задачи ставили перед ними руководители страны. Интересно отметить, что если в США, например, в периоды экономической нестабильности на фондовых биржах падают продажи более рискованных бумаг и растут продажи долгосрочных казначейских облигаций, как хоть и малоприбыльного (относительно), но более надёжного актива, в Китае в такие времена растут продажи акций SOE.
В последующих статьях я намерен рассмотреть другие секторы товаров и услуг китайского рынка, а также финансовый сектор и рынок труда. Приятного чтения!
Fang, M. & Ruan, R., 2023, State-owned Enterprises in China as Macroeconomic Stabilizers: Their Special Function in Times of Economic Policy Uncertainty, China & World Economy, 31, 5
Gang, F. & Hope, N.C., 2022, The Role of State-Owned Enterprises in the Chinese Economy. Retrieved from: https://www.chinausfocus.com/2022/wp-content/uploads/Part+02-Chapter+16.pdf
Lin, K.J., Lu, X., Zhang, J. & Zheng, Y., 2020. State-owned enterprises in China: A review of 40 years of research and practice. China Journal of Accounting Research. 13, 31-55.
The Full Fortune Global 500 List. Retrieved from https://fortune.com/ranking/global500/